Большая маленькая ложь смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве HD
За несколько месяцев до школьного благотворительного бала в воздухе уже витало странное напряжение. Оно копилось исподволь, в разговорах на школьном пороге, в украдкой брошенных взглядах на родительских собраниях. Пять, казалось бы, обычных семей, чьи дети сидели за одной партой или делились бутербродами на перемене, были связаны невидимой нитью, которая с каждым днем натягивалась все туже.
Семья Ивановых, новые деньги и громкие амбиции, только что переехали в элитный квартал. Их сын, Денис, с первого дня пытался купить расположение одноклассников дорогими гаджетами. Петровы, напротив, — старинная фамилия, чей блеск давно потускнел. Их дочь, Мария, тихая и замкнутая девочка, казалось, хранила какую-то семейную тайну за своей вежливой улыбкой. Сидоровы — образец благополучия: успешный врач-отец, мать-дизайнер, двое детей. Но идеальный фасад дал трещину, когда в школе поползли слухи о крупных долгах отца. Семья Козловых, владельцы небольшой, но процветающей сети кофеен, всегда были в центре родительского комитета. Их активность в подготовке к тому самому балу граничила с одержимостью. И, наконец, Федоровы — скромные учителя, чья дочь, Анна, была лучшей подругой Марии Петровой. Их скромный быт резко контрастировал с миром остальных.
Их жизни, такие разные, начали необъяснимо переплетаться. Г-н Иванов неожиданно предложил финансовую помощь г-ну Петрову для спасения его ветшающего бизнеса. Г-жа Сидорова, дизайнер, взялась оформлять новый кофейный зал Козловых, но работа шла с постоянными срывами сроков. Г-жа Федорова, обычно сдержанная, на одном из собраний резко выступила против слишком расточительного, на ее взгляд, формата бала, который продвигали Козловы и Ивановы. Взгляды, полные немого вопроса, стали мелькать между ними чаще.
А дети? Денис Иванов начал проявлять странный, почти болезненный интерес к старым фотографиям в альбоме Марии Петровой. Сын Сидоровых, Алексей, однажды в сердцах крикнул Денису, что его отец «всех купит, но правду не спрячет». Анна Федорова и Мария Петрова стали неразлучны, проводя долгие часы в тишине библиотеки, словно пытаясь что-то обсудить без лишних ушей.
И вот настал вечер бала. Зал сиял, музыка лилась рекой, но под масками веселья у взрослых были каменные лица. Примерно в полночь, в заброшенном кабинете химии на втором этаже, где хранили часть декораций, нашли тело. Мужчина в дорогом, но теперь безнадежно испорченном смокинге. Лицо обезображено, костюм лишен каких-либо опознавательных знаков. Ни бумажника, ни часов. Только странный, едва уловимый запах миндаля от его пальцев и крошечный, обгоревший клочок бумаги в кулаке — часть старой школьной грамоты.
Убийство потрясло всех. Но самое странное началось потом. Когда полиция попросила опознать жертву, выяснилось невероятное: ни одна из этих пяти семей не могла — или не хотела — однозначно назвать имя погибшего. Ивановы утверждали, что не узнали в нем своего нового партнера по бизнесу. Петровы молчали, глядя в пол. Сидоровы, бледные, отрицали, что это их давний кредитор. Козловы лишь пожимали плечами. Федоровы тихо сказали, что никогда этого человека не видели.
Именно тогда стало ясно: жертва и убийца были скрыты где-то в этом плотном клубке из пяти историй, пяти секретов и нескольких месяцев молчаливого, напряженного ожидания того, что в конце концов должно было случиться. Развязка на балу была лишь финальным аккордом, а настоящее преступление зрело гораздо дольше, в тишине их переплетенных судеб.
